United Traders Magazine
"Успешные Трейдеры – Стивен Коэн (Steven A. Cohen)"

Стивен Коэн вырос в Грейт-Нек, штат Нью-Йорк, в семье производителя одежды и учительницы игры на фортепиано. Помимо учебы, в юности годы Коэн увлекался игрой в покер: “Благодаря покеру я научился принимать на себя риски”, – говорит он. В Университете Пенсильвании он изучал экономику и заинтересовался фондовым рынком.

C помощью друга он открыл брокерский счет, положив на него $1000, отложенных на оплату обучения. В ближайшем к общежитию брокерском офисе он следил за рынком и благодаря нескольким сделкам заработал достаточно, чтобы оплатить все счета. В 1978 г. Коэн устроился на работу в Gruntal, где в первый же день заработал для компании 8 000 $. В конечном счете Коэн делал приблизительно 100 000 $ в день для компании, к 1984 он управлял портфелем в $75 млн и группой из шести трейдеров. На его счету были сделки, которые помогали Gruntal покрывать убытки, понесенные из-за операций других трейдеров.

В 1992 г., покинув Gruntal, Коэн открыл хедж-фонд, вложив туда $25 млн собственных средств (сегодня фирма управляет суммой более 12 миллиардов $). В то время индустрия хедж-фондов была еще относительно небольшой, а “бычий” рынок 1990-х только-только разогревался. Многих смутила высокая оплата услуг, которую он потребовал от инвесторов, поэтому новый фонд сумел привлечь лишь $13 млн у сторонних инвесторов. Десяток трейдеров и портфельных менеджеров, разместившихся в маленьком офисе на Уолл-стрит, сумели за год удвоить активы компании и заработать около 17,5% годовых. К 1995 г. активы SAC выросли вчетверо. Коэн перенес штаб-квартиру в Стэмфорд и начал открывать филиалы. Он разработал специальную компьютерную программу, позволявшую отслеживать недооцененные или переоцененные рынком акции.

Звездный час SAC настал в 1998 г., когда крупный хедж-фонд Long-Term Capital Management разорился, а котировки акций начали падать. С конца августа до середины октября Стивен Коэн постоянно работал в офисе, делая ставки на повышение через круглосуточную торговую систему Globex. По итогам 1998 г. SAC заработала 49,2%, в то время как в среднем хедж-фонды получили 2,6% годовых. “В конце года люди поняли, что с SAC происходит что-то особенное”, – говорит Джордж Фокс, вложившийся в SAC на 10 лет. В 1999 г. активы SAC возросли до $1 млрд. Коэн увеличил штат и расширил темы своих инвестиций, занявшись, в частности, валютами. Он нанял психолога Ари Киева, чтобы тот помогал трейдерам преодолевать страх перед рисками. “Многие, торгуя акциями, слишком переживают из-за возможного проигрыша”, – говорит Киев. Те, кто не мог справиться с этим чувством, быстро теряли работу.

В 1999 и 2000 гг. SAC заработала для инвесторов 68,1% и 73,4% соответственно. И тогда компания столкнулась с проблемой появления хедж-фондов, точно копирующих ее бизнес-модель. Другой проблемой стали подозрения в том, что один из лучших трейдеров в мире получает информацию раньше других и успевает совершить сделки впереди всего рынка. По мнению критиков, огромные обороты SAC привели к тому, что фонд оказался среди любимчиков на Уолл-стрит и поэтому первым получает необходимую информацию. Однажды менеджер швейцарского банка UBS во время визита в офис SAC заявил Коэну: “Мы знаем, что ты за тип”. По словам Коэна, он выставил его за дверь и не работал с UBS несколько месяцев.

В трейдинговом зале американской SAC Capital Advisors площадью почти 2000 кв. м очень тихо и прохладно. Стивен Коэн, сидящий в центре за столом с восьмью компьютерными мониторами, любит такую обстановку. Телефоны здесь мигают, а не звонят. Компьютеры размещены на другом этаже, чтобы не шумели их вентиляторы. Ряды трейдеров нервно наблюдают за Коэном, ожидая приказов короля индустрии хедж-фондов

Хотя в SAC сейчас работает более 600 человек, Стивен Коэн по-прежнему сам совершает сделки. С 8 утра и до вечера он не отрывается от своих мониторов, и на долю совершенных им операций приходится около 15% прибыли компании. Чтобы все трейдеры могли видеть, что он делает и что говорит, на Коэна всегда нацелены видеокамера и микрофон. Многие просто копируют его действия, а частые саркастические высказывания Коэна получили название “стивизмы”.

“Времена игры на быстрых операциях окончены”, – говорит Коэн. Около 7000 хедж-фондов конкурируют сейчас за инвестиционные идеи, а значит, возможности заработать заметно сократились. “Теперь очень тяжело найти идеи, которые кто-то уже не использовал, тяжело получить крупные прибыли и отличаться от других, – жалуется Коэн. – Наступили новые времена”. Меняется и обстановка на фондовом рынке: нет больше низких процентных ставок и низкой инфляции.

Стивен Коэн, которому недавно исполнилось 55, говорит, что его стратегия меняется – он стал покупать более крупные пакеты акций и держать их дольше. Толчея, созданная конкурирующими хедж-фондами, по его мнению, грозит рынку коллапсом. Коэн опасается, что конкуренты покупают те же акции, что и его фонд. Если одновременно все хедж-фонды начнут их продавать, на рынке начнется неожиданное и очень быстрое падение. “Будет по-настоящему сильное снижение рынка, которое приведет к исчезновению многих хедж-фондов”, – предсказывает один из лучших трейдеров в мире. “Хедж-фонды стали больше, объемы их позиций сильно выросли. А сможем ли мы выйти из акций, когда все вокруг начнут продавать?” – беспокоится Коэн.

В своей работе Стивен Коэн использует стиль инвестиций, абсолютно противоположный стилю Уоррена Баффетта, который покупает акции надолго. Коэн уверен, что, внимательно следя за изменениями котировок в течение дня, можно предсказать, как поведут себя акции в ближайшие часы и дни. Многие годы он покупал и продавал акции компаний, иногда не зная ни их финансовых показателей, ни даже сферы деятельности. Классические инвесторы вроде Баффетта уверены, что для настоящего инвестора абсолютно не важно то, что делают и думают другие трейдеры. Стивен Коэн – полная противоположность. В черных джинсах и поношенном свитере, часто с темными кругами под глазами, он целыми днями сидит в офисе перед мониторами и, наблюдая за рынком, совершает сделки – иногда по 300 в день. Трейдеры поставляют ему тонны информации о том, что происходит на рынке, и он способен всю ее поглотить.

 В 1998 г. Стивен Коэн и его вторая жена Александра купили за $14,8 млн особняк в Гринвиче, штат Коннектикут. Здесь есть огород, где растут экологически чистые овощи, баскетбольная площадка, поле для гольфа, регулярный сад, закрытый бассейн, открытый каток, домашний кинотеатр на 20 мест. Лобби кинотеатра украшает карта звездного неба, каким оно было 16 лет назад в их свадебную ночь.

Около $600 млн Коэны потратили на предметы искусства. Перед входом в дом они разместили скульптуру Кейт Хэринг – три танцующие фигуры из алюминия. В библиотеке висит картина Джексона Поллока за $52 млн, в гостиной – работы Ван Гога и Гогена, купленные недавно за $100 млн, в фойе – Энди Уорхол и Рой Лихтенштейн.

“Мне не нужен такой большой дом, – рассуждает Алекс. – Но знаете, а почему бы и нет? Что плохого в том, что у детей есть место для игр?”. В доме есть повар, экономка, личный секретарь семьи, няня, личный тренер Коэна и его водитель, который по совместительству работает телохранителем. Водитель также присматривает за четырьмя собаками.

 В 2011 году журнал “Forbes” оценил его состояние в 8 миллиардов долларов, поставив его на 114-е место в списке богатейших людей мира, и на 35-е место в списке богатейших людей США. Кроме этого, он владеет 7% поисковика Baidu, и 5% фирмы-производителя компьютерной памяти OSZ Tehnology, а также от 4.7 до 5.9% аукционного дома Sotheby’s.

Коэн говорит, что его рабочий день начинается вечером в воскресенье, когда он по телефону обсуждает с менеджерами стратегию на предстоящую неделю. По утрам на черном Chevrolet Suburban он добирается из Гринвича в Стэмфорд, в штаб-квартиру SAC – современное здание из стали и бетона со стеклянным фасадом, обращенным к заливу Лонг-Айленд. Здесь также есть предметы искусства, например скульптура “Я сам” – голова человека, изваянная из куска замороженной крови художника Марка Квинна. Инопланетянин в японской школьной форме с портфелем, творение Такаши Мураками, расположился рядом со столом Коэна. “Мне нравятся веселые вещи, – объясняет он. – Мне нравится смотреть на реакцию посетителей. Искусство лучше всего отвлекает от цифр”.

Источник: United Traders Magazine